Индикаторы и тенденции крупных аварий в угольных шахтах

Факты крупных аварии всегда становятся важным информационным поводом для обсуждения кризисных проблем развития промышленности. При этом оперируют сравнением средних величин смертельных потерь и числа аварий. Типичный пример подобной оценки, последовавшей сразу после аварии на воркутинской шахте «Северная», где 25-28 февраля 2016 г. погибли 36 человек, статья https://snob.ru/selected/entry/105199 с говорящим названием «Горный приговор», в которой автор пишет: «Трагедии в угольной отрасли в России продолжаются в привычном темпе, несмотря на кризисы и подъемы ….На протяжении последних пятнадцати лет в России каждый миллион тонн добытого угля оплачивается двумя шахтерскими жизнями, тогда как в США и Германии аналогичный показатель почти в 20 раз ниже…».

Выносить «горный приговор» большим и сложным социо-техническим системам со своей историей и культурой на основании расхождения значений одного параметра-индикатора, как минимум некорректно.

Рис.1

Фактическая кратность числа погибших на миллион тонн добычи в России и США представлена на рис.1. Опасность крупных аварии нельзя измерять средним числом погибших на миллион тонн добычи. Значение 1 погибший на 1 млн т добычи в СССР и в новой России несравнимы. По количеству и распределению тяжести крупных угольных аварий с числом погибших более 50 чел. новая Россия за двадцать пять лет реформ уже опередила послевоенную РСФСР (см.Рис.2), хотя добыла в шахтах втрое меньше угля.

Рис. 2. Функция распределения числа погибших в подземных угольных авариях с гибелью 5 и более человек

В угольной отрасли России наблюдается рост угроз крупных промышленных аварий. Существенно изменилось соотношение между «обычными» и крупными авариями. В РСФСР в 1980-е гг. одна крупная авария (> 10 погибших) приходилась в среднем на 313 регистрированных аварий, в РФ в 1990 е гг. – одна на 86, а в 2000 е гг.– уже одна на 33.

На Рис.3 и 4 представлены формализованные сведения о подземной добыче и погибших шахтерах в крупных авариях (более 5 погибших) в США и России.

Рис.3.

Рис.4.

Анализ показывает, что стандартные показатели смертельной опасности (число погибших на миллион тонн добычи, погибших на число рискующих и т.п.) перестали отражать тенденции - в среднем аварийность падает, а отрасль сотрясают крупные промышленные аварии. Для оценки опасностей крупных промышленных аварий нужны другие специфические индикаторы частоты возникновения и крупности их угроз.

Для сравнения групповых смертельных опасностей весь разнородный массив происшедших крупных аварий был приведен в координаты «узнаваемых» событий, таковыми выбраны авария с гибелью 10 чел., а также авария с гибелью 36 чел. Сделано допущение о линейном характере восприятия нарастания числа и тяжести крупных аварий (предполагается, что одна авария с гибелью 30 чел. по тяжести эквивалентна трем условным авариям с гибелью 10 чел.). Сделанные предположения опровергают правдоподобность тезиса, о том, что «трагедии в угольной отрасли в России продолжаются в привычном темпе, несмотря на кризисы и подъемы». Ниже представлены оценки специальных индикаторов опасностей крупных промышленных аварий для 25-летних периодов разработки подземных месторождений угля в США и исторической России.